14-15.10.2014

Дело Шубина. В эти дни допрашивались важные свидетели - Попов М.А., Чернасов М.А., Кондаков С.С., Алёшина М.В., Виноградова Н.А., Загорье А.А.
 
Михаил Попов для обвинения важен тем, что в январе или феврале 2009 года он был уволен Шубиным за неисполнение решения Совета директоров КЭСа о выдаче займа, который в конечном итоге был израсходован Шубиным на покупку акций "Серебра Поноя". Все это Попов Михаил в суде в принципе подтвердил, однако заявил, что решение об его увольнении было обидным, но правильным и закономерным после отказа выполнить решение Совета директоров. Также М. Попов показал, что после увольнения был переведен практически на такую же должность исполнительного директора, его полномочия были ограничены.  Также Михаил Попов стал еще одним свидетелем, опровергнувшем показания Станислава Попова о формальный работе Совета директоров ОАО "КЭС". Он показал, что лично на него, как на члена Совета директоров, никто воздействия оказать не мог, голосование членов Совета было добровольным.
 
Михаил Чернасов показал, что в 2008 году по рекомендации господина Сороки устроился на должность генерального директора ООО "Кольское карьерное управление". Данное общество управляло множеством фирм - владельцев карьеров по добыче щебня в Мурманской области. Бизнес имел огромные перспективы. Наибольшая ценность бизнеса - запасы месторождений гранита. Также в организации, которую он возглавил, была вся необходимая дорогостоящая техника, работало более 100 человек. Сам Чернасов оценил этот бизнес в сумму порядка 2,5 миллиардов рублей.
Однако бизнес "закончился" в ноябре 2008-го, из-за мирового финансового кризиса, когда резко упал спрос на щебень и песок. Производство пришлось законсервировать. В ответ на уточняющие вопросы, Чернасов настоял, что Шубин не принимал никакого участия в управлении карьерами.
Затем в 2010-2011 годах он работал генеральным директором и исполнял решения Совета директоров ОАО "Колэнергосбыт".  Займы в другие организации от ОАО "Колэнергосбыт" он выдавал, исполняя решения Совета директоров.
 
Свидетель Кондаков С.С. показал, что он с партнерами по бизнесу (Быковым и Штырхуновым) продали в 2008-м году карьеры и сопутствующий камне-дробильный бизнес (фирмы Гранит, Родонит и другие). При этом бизнес развивался, был перспективным, но создавалось какое-то "внутреннее ощущение" административного давления, которое препятствовало бизнесу. В переговорах со стороны покупателя выступал Геннадий Шубин. По результатам сделки продавцы недополучили сумму 60 миллионов рублей, снижение цены Шубин объяснил экономическими причинами. При этом свидетель согласился, что объективно на тот момент экономический кризис воспрепятствовал завершению сделки. Никаких претензий ни к Шубину, ни к Стройкомплекту он (Кондаков) в настоящее время не имеет.
Кондаков также показал что о противоправной деятельности Шубина ему ничего не известно. Хазова он видит впервые, его никогда не опасался и не опасается. Кроме этого Кондаков показал что НИКОГДА НЕ ОПАСАЛСЯ И В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ НЕ ОПАСАЕТСЯ Геннадия Шубина.
После этого огласили показания свидетеля, в том числе данные им 13 февраля 2013 года, в которых Кондаков заявляет, что ему известны сведения о противоправной деятельности Шубина, но он их расскажет только после ареста Шубина. На вопросы защиты - почему сейчас он говорит другое, Кондаков ответил, что 13 февраля 2013 года он лишь "теоретически предположил" о возможности угроз со стороны Шубина. На самом деле Шубина он не опасался. Далее Кондаков не смог ответить на вопрос о какой противоправной деятельности Шубина написано в его протоколе. Когда возникла напряженность, развитие темы было фактически свернуто судом. Так, судьей был отведен следующий вопрос защитника к свидетелю Кондакову: "Сергей Сергеевич, понимаете ли Вы что на основании Ваших показаний от 13 февраля, на следующий день был арестован Шубин?" Соответственно вопрос остался без ответа.....
Здесь можно послушать фрагмент допроса свидетеля, который опровергает сведения, положенные в обоснование ареста Геннадия Шубина и продления ему сроков содержания под стражей как минимум 4 судьями.
Вопросы задает адвокат Ананьев В.С., отвечает свидетель Кондаков С.С.
Свидетель Марина Алёшина, ранее работавшая в ОАО "НТФ Комплексные системы", также была членом Совета директоров ОАО "Колэнергосбыт", куда она вошла добровольно. Заседания Совета директоров были заочными. Она изучала вопросы выдачи (получения) займов, оценивала их для себя с точки зрения выгоды для ОАО КЭС, и только если сделки были выгодными, она соглашалась и голосовала "за".  Все сделки, выносимые на обсуждение, были разумными. Процедура голосования была реальной и осуществлялась с помощью опросного листа.
Также свидетель показала, что Андриан Комиссаров выстраивал общую систему из множества компаний, чтобы понимать общий уровень доходов и расходов. Он раздавал указания (задания) бухгалтерам организаций, находившихся на обслуживании в ОАО "НТФ Комплексные системы". Несмотря на то, что в Комплексных системах Тюкачева значилась директором, никаких вопросов она (Алёшина) с Тюкачевой не решала, после "прихода" в организацию Попова Кирилла все рабочие вопросы она решала непосредственно с ним.
 
Надежда Виноградова в 2008 году была секретарем Совета директоров ОАО "Колэнергосбыта". Ее показаниями также опровергнуты заявления Станислава Попова о формальный работе Совета директоров ОАО "Колэнергосбыт". Напротив, свидетель показала, что как раз до приобретения в 2008-м году ОАО "Колэнергосбыт" у РАО ЕЭС России, Совет директоров получал прямые указания от руководства, как нужно голосовать. Указания поступали из Москвы в письменном виде. После покупки ОАО "Колэнергосбыт" эта практика прекратились. Директора голосовали добровольно, например, Преснов спокойно голосовал "против", если считал нужным. О том, чтобы на членов Совета директоров оказывалось хоть какое-либо воздействие при голосовании, ей ничего не известно.
 
Свидетель Алена Загорье дала суду достаточно подробные и исчерпывающие показания о том, как приобретались акции ОАО "Колэнергосбыт" в 2008-м году, как проводились заседания Совета директоров данной организации, об огромных долгах на оптовый рынок, доставшихся "в наследство" от прежнего менеджмента, о причинах образования и роста задолженности на оптовый рынок. Здесь Загорье подтвердила ранее данные Пресновым показания о том, что эти причины в первую очередь связаны с тарифными дисбалансами и долгами неотключаемых абонентов, а вовсе не из-за займов в сторонние компании, как утверждает следствие. Далее свидетель рассказала, что по итогам работы за 2010 год КЭС получил большую прибыль, которую не должен был направлять на погашение своей задолженности на оптовый рынок. В соответствии с законодательством, учредительными документами ОАО КЭС, по итогам работы за 2010 год акционеры получили дивиденды в размере более 700 млн. рублей. При этом большая часть этих денег принадлежала крупнейшему акционеру ОАО "Колэнергосбыт" - ООО "Стройкомплект", который ЭТИХ ДИВИДЕНДОВ НЕ ПОЛУЧИЛ, а на равную сумму была списана задолженность Стройкомплекта перед КЭСом. Это означает, что деньги, в хищении которых обвиняется Шубин, по крайней мере частично ВОЗВРАЩАЛИСЬ в ОАО КЭС.
В целом Загорье показала, что не было никаких нарушений закона при совершении действий, сделок, о которых она дала показания.
Наши партнеры:
Яндекс.Метрика
Все права защищены © Адвокатское бюро "Панфилов и партнеры", Мурманск. Полное или частичное копирование материалов запрещено, при согласованном использовании материалов необходима ссылка на  ресурс.